Мариинский балет в Версале

И тень Людовика не помогла

Виктор ИГНАТОВ Париж Газета Культура №32 (7289) 23-29 августа 2001 г. http://www.kultura-portal.ru/tree/cultpaper/article.jsp?number=286 <

Версаль известен всему миру дворцовым ансамблем, который на протяжении полутора столетий создавали французские короли - Людовики ХIII, ХIV, ХV. Последний открыл во дворце Королевскую Оперу (1770). Она была построена для празднования брака Людовика ХVI и Марии-Антуанетты. Роскошный зал этого шедевра театральной архитектуры поражает пышной позолотой и резным мрамором, обилием рельефных колонн и хрустальных люстр, росписью плафона. Над сценой сияет барельеф версальского герба, который вышит золотом на голубом занавесе, украшенном трилистниками - символами королевской власти. Впервые выступления балетной труппы Мариинского театра проходили в таком шикарном интерьере. А годом раньше в Королевской Опере состоялась мировая премьера балета М.Бежара "Ребенок-король". Спектакль был посвящен истории Версальского ансамбля и создавшим его королям, среди которых особые почести были оказаны Людовику ХIV - основателю Королевской академии танца (1661). Стоит напомнить, что Людовик ХIV был не только великим королем, но и превосходным танцовщиком, истинным профессионалом танца. С семилетнего возраста в течение 20 лет он ежедневно занимался с личным королевским педагогом. Главным образом на музыку своего друга, композитора Жан Батиста Люлли, король поставил 27 больших балетов. Они были показаны многотысячной публике в театре Тюильри и прославили Людовика ХIV на всю Европу.

Выступление труппы Мариинского театра как бы продолжает воздавать почести великому королю вслед за М.Бежаром. В программе - фрагменты балетного репертуара главным образом в хореографии великого М.Петипа: "Карнавал в Венеции", "Корсар", "Дон Кихот", "Эсмеральда", "Лебединое озеро", "Арлекинада". Были и шедевры Ж.Перро "Па де катр , М.Фокина "Шопениана" и "Умирающий лебедь", постановки Н.Легата "Фея кукол", В.Вайнонена "Пламя Парижа", Дж.Баланчина "Серенада" и "Па де де", К.Макмиллана "Манон", А.Ратманского "Средний дуэт". В июле было дано шесть представлений, включавших 15 произведений. Автору этих строк довелось увидеть предпоследнее. Главным событием в нем был "Умирающий лебедь". Бессмертную миниатюру исполнила Ульяна Лопаткина - балерина особого таланта. Ее интерпретация Лебедя всегда поражает глубиной мысли, предельной философичностью. Идеально отточенный танец Ульяны настолько совершенен, что в каждом па и жесте, отмеченном ювелирной техникой, ощущается богатство и величие духа балерины. Ее уникальный артистический дар позволяет представить в изысканно-утонченной форме самый трагический момент жизни - ее угасание и смерть. У.Лопаткина передает эти роковые минуты божественно красиво и необычайно естественно: парящее, бисерное па де бурре и широкий взмах дивных рук, их мелодичные линии и чарующие изгибы, одухотворенные кружения и горделивые позы - все дышит жизнью, но она ускользает, и Лебедь грациозно замирает. В танце нет нарочитой театральности, излишнего трепета и предсмертного всплеска рук. В строгой сдержанной манере скрыта великая внутренняя красота и духовная сила, доступная только гениям. Да, Ульяна гениальна! Неописуемое счастье дарит она публике! Для французов, впервые увидевших ее Лебедя, У. Лопаткина навсегда останется символом высочайшего искусства.

Истинное наслаждение и восторг доставила французам и Жанна Аюпова в балете "Шопениана". Исключительно одаренная балерина, чье искусство излучает поэзию и романтизм, сама словно превратилась в шопеновскую музыку. Кончики ее пальцев, казалось, звучали, а руки, редкой мягкости и красоты, походили на прозрачные крылья мотылька, сплетающего причудливые кружева танца. Пленяя кантиленой, хрупкая и полетная Жанна свободно парила над сценой, как легендарная Сильфида Марии Тальони. Легко взлетая с глубоким прогибом и таинственно замирая, словно изящная статуэтка, Ж.Аюпова так живо напоминала А.Павлову в "Шопениане" ("Сильфиды") на премьере балета в парижском театре Шатле. В па де де из "Дон Кихота" блистал Андрей Баталов, которого хорошо помнят в Париже как победителя Международного конкурса танца (1997). Его фантастически высокие и сложные прыжки с элегантным баллоном всех ошеломили, а идеально чистые пируэты и виртуозные вращения с разным положением корпуса и рук сопровождались овациями. В па де де из "Корсара" яркое впечатление произвел Дмитрий Семионов. Наиболее эффектно он исполнил жете по кругу: носок длинной ноги, словно шпага, пронзал пространство и вовлекал стройное тело юного танцовщика в стремительный полет. Особый успех у публики имел "Средний дуэт" в исполнении Натальи Сологуб и Ислома Баймурадова. Оригинальная постановка 33-летнего танцовщика и хореографа Алексея Ратманского на музыку современного композитора Юрия Ханона погружает зрителей в сумрачный мир, где в луче света оживает таинственный дуэт: под звуки рояля с оркестром партнер пульсирующими жестами пытается удержать партнершу, которая непрерывно движется на пуантах, сплетая сложную паутину из резких и чувственных па. Эта единственная современная миниатюра украсила двухактное представление, в котором еще был дуэт из балета "Манон" и завершающий программу "Па де катр", к сожалению, получивший лишь вежливые аплодисменты. В Версале были показаны старые, хорошо известные во Франции произведения. Поэтому, несмотря на широкую рекламу, паломничества в Королевской Опере все-таки не было.

Гастроли могли бы вызвать больший интерес, если бы на афише были редко исполняемые сочинения классики, а также новые постановки, скажем, фрагменты балета Дж.Ноймайера "Звуки пустых страниц", мировая премьера которого состоялась в Мариинском театре всего три месяца тому назад. Увидев в Версале традиционный балетный репертуар, зрители могли сравнить качество танца Парижской оперы и Мариинской труппы. И сравнение это, увы, не в пользу последней. Вероятно, это связано с тем, что в гастролях не участвовали, хотя и были объявлены, ведущие солисты - Д.Вишнева и Ф.Рузиматов, И.Ниорадзе и А.Фадеев, М.Думченко, а также Ю.Махалина и И.Зеленский. На версальской сцене танцевало молодое поколение Мариинской труппы и, к сожалению без должного артистизма. Технические огрехи были особенно видны "благодаря" чрезмерно яркому лобовому освещению сцены, что в "Шопениане" и "Па де катр" размывало романтический настрой. "Шопениана" проигрывала и своим оформлением: живописный задник с пейзажем был зажат кулисами, которые слишком выступали на сцене, тем самым ограничивая свободу танца и его дыхание. Второе отделение программы было оформлено значительно лучше: богатые драпировки, свисающие по периметру сцены, и позолоченные канделябры со свечами удачно гармонировали с роскошным интерьером зрительного зала. Престижный, великолепный зал не помог - выступления Мариинской труппы в сопровождении оркестра под управлением Б.Грузина не произвели ожидаемого впечатления и не подтвердили ее высокую репутацию в мире. Будем надеяться, что предстоящие гастроли труппы в парижском театре Шатле (2003) позволят восстановить утраченную славу.